История с географией
№50
Запорожье15 декабря 2011 года
Сотни печальных судеб под одной обложкой
Всего 500 экземпляров
Презентацию книги «С тоской по Родине...» о судьбах крымских татар,
ставших мелитопольцами, проводили в городском ДК имени Т.Г.Шевченко.
Торжество украсили выступлением народного крымско-татарского ансамбля
песни и танцы «Гузель Къырым». Поблагодарили меценатов, рассказали со
сцены, как создавалась эта книга. Добротное издание в 300 с лишним
страниц вышло в симферопольском издательстве «Тезис» довольно скромным
тиражом – 500 экземпляров.
– Идея написания этой книги пришла к нам спонтанно в 2004 году, – рассказала «
МИГу»
известный историк, публицист и преподаватель Гульнара Бекирова. – И так
все хорошо сошлось: я – историк-архивист, Миневер Идрисова –
общественница, человек, который хорошо знает представителей татарской
общины Мелитополя, а Эдие Муслимова – издатель. Сначала вроде бы в шутку
помечтали: “Хорошо бы все воспоминания депортированных собрать в одну
книгу!”, и тут же решили, что надо срочно включать диктофон и собирать
рассказы тех, кто еще жив, кто еще помнит… Но Эдие вернулась в
Симферополь, я живу и работаю, курсируя между
Москвой,
Мелитополем и
Крымом. В общем, пришлось за дело приниматься Минивер-ханум.
Вещий сон
– В книгу вошло 50 рассказов, это малая часть от того, что могло бы
быть, спохватись мы на несколько лет раньше собирать все эти
свидетельства, – сетует Минивер Идрисова. – К тому же, многие и сейчас
не готовы рассказывать о том, что пережили в детстве и юности сами,
поделиться воспоминаниями родных, которых уже нет в живых. Плакали наши
рассказчики, плакали вместе с ними и мы… Несколько лет назад меня
делегировал и в Донецк на татарский сабантуй. Там я услышала о мэре
Угледара Алиме Ширинском, а у нас целая страница была посвящена семье
Ширинских. Подошла к нему познакомиться, рассказала, что по крупицам
собираем материал для книги. Оказалось, что в Мелитополе похоронен его
отец. “Я вам помогу” – пообещал мне совсем тогда незнакомый человек. И
через некоторое время, проезжая через Мелитополь в Крым, передал пакет с
деньгами для ее издания. Меня это очень тронуло. К счастью, поддержали
финансами и мелитопольцы – Евгений Балицкий, Ридван Ибраимов, Владимир
Резник, Хасим Меметов, Мустафа Чонкай.
– Материалы о судьбах мелитопольских татар в
газете «
Мелитопольские ведомости»,
где я тогда работала, печатались на протяжении лет 12-ти не меньше, –
вспоминает журналист Нелли Чипигина. – Минивер Идрисову, Верочку, как ее
еще называют, я знаю по комсомолу, но теснее общаться мы стали только
тогда, когда мне было поручено готовить татарскую страницу. Раньше я,
как и все, о депортации крымских татар 1944-го года знала общепринятый
минимум – было и все. А ужас пережитого представителями этого народа
прочувствовала только тогда, когда пообщалась с множеством семей. Меня
поразило, что после всех ужасов, унижений и потерь этот народ не
озлобился ни против государства, ни против, собственно, русских людей.
Они рассказывали, что в промозглой студеной казахстанской степи могилы
для умерших рыли глубиной всего в метр, больше не получалось. А утром
находили их разрытыми – волки терзали уже мертвые тела…
Одна женщина мне поведала, что ей приснились тогдашние руководители
Советского государства, и она обратилась с вопросом к Климу Ворошилову:
“Какие права им дает разрешение вернуться на родину?” – хотя на самом
деле до этого разрешения было еще очень далеко. Но ведь сон этот
все-таки сбылся!
От лютой стужи
спасались опавшей листвой
Без слез эти краткие истории из жизни читать невозможно. Вот буквально
несколько строчек, записанных Эльвирой Бектемировой по воспоминаниям
матери, Клеопатры Арифовой: “…Высадили в Баяуте в
голодной степи: выжженная земля, скудная растительность, дефицит
питьевой воды. Начались болезни, мор. Первой умерла тетя. Где-то через
три-четыре месяца похоронили и бабушку. Сирот местные жители выгнали из
землянки на улицу, весь нехитрый скарб растащили. Мама помнит, как брат
прятал малышку в листья под деревцами, наказывал сидеть тихо, а сам
уходил зарабатывать еду: пас барашек, носил навоз, косил, брался за
любую посильную работу, приносил еду сестренке, а сам голодал. Стало
холодать, но спали под открытым небом, укрывались опавшими листьями.
Помнит, как ходили и просили милостыню, кто-то сжалится и дает кусок
лепешки, а другой ударит, накричит, ведь таких детей было много. Пухли
от голода, в животе иногда сутками не было ничего, кроме воды из арыка”.
“Именем
Советской власти!”
Есть в этой книги и голос с «другой стороны» – рассказ также
мелитопольца, чекиста из 25-й стрелковой бригады войск НКВД Алексея
Веснина о том, как на исходе Великой Отечественной войны происходило
тотальное насильственное выселение из Крыма татар, болгар, греков и
армян, по подозрению в лояльности германским войскам. “…В четыре часа
утра приступили к операции. Мы заходили в дома, поднимали хозяев с
постели и объявляли: “Именем Советской власти! За измену Родине вы
выселяетесь в другие районы Советского Союза!” Люди воспринимали эту
команду со смиренной покорностью. На сборы давалось два часа, каждой
семье разрешалось брать с собой 200 килограммов груза. …Операция сама по
себе была безнравственной, но и на ее фоне выделялись отвратительные
сцены: старуха, обезумев от горя, бросилась бежать в степь и была
срезана пулеметной очередью: безногого инвалида, на днях вернувшегося из
госпиталя домой и заявившего о своих правах, волоком потащили к машине,
и как куль муки, бросили в кузов… Выселения в том виде, в каком они
проводились, – это акции по своей гнусности, по физическим и моральным
мукам ни с чем несравнимые. Те, кто в своей жизни не подвергались этому,
не могут, пожалуй, в должной мере представить весь их трагизм”.
Всего в восточные районы СССР было депортировано около 190-та тысяч только крымских татар.
Ирина ЛЕВЧЕНКО
Так Советская власть
ловила бандитов в Вознесеновке
В двадцатые годы прошлого века на территории Александровского уезда
действовало довольно много разных банд. Были такие и в Вознесеновке.
Методы ведения борьбы с ними были очень жестокими. Часто применялся
метод взятия заложников. Но если в период революции в заложники
попадали, в основном, дворянские семьи, то после брали уже и бедноту.
Этот метод активно использовали и НКВД-сты, и военные. Бывало, что в
заложниках оказывались представители власти.
Так случилось в декабре 1920-го в Вознесеновке, когда был взят под
стражу заместитель председателя Вознесеновского волисполкома товарищ
Хуповка. А произошло это по причине того, что в ночь на 8 декабря 1920
года, во время стоянки в селе четвертой кавалерийской дивизии Первой
конной армии, была совершена кража двух лошадей и трех хомутов из
лазарета дивизии. Руководил арестом должностного лица главврач дивизии,
который уже 9 декабря отправил телеграмму в Вознесеновский сельсовет с
требованием вернуть ему украденное дивизионное имущество и выдать
укрывающихся в селе воров и бандитов в обмен на освобождение заложника.
Сельский совет не мог допустить взятия в заложники должностного лица. И
для содействия в освобождении заложника обратился за помощью в
Александровский губревком. Оттуда направили телеграмму в политотдел
четвертой кавалерийской дивизии: “взятие заложников не в интересах
советской власти, а аресты должностных лиц могут производиться только с
разрешения губревкома”. Дело решилось благополучно, и заложник был
отпущен. К сожалению, такой исход случался нечасто.
Игорь ПАВЕЛКО,
краевед
Змеевая Змей в плавнях хватает. В основном это ужи. Весной их клубки
[так называемые змеиные свадьбы] встречаются повсюду. Это и дало
основание так назвать балку. В ней и сегодня можно наткнуться и на ужа, и
на желтобрюха, гадюк, правда, тут давненько не видели [что, впрочем, не
мешает старожилам именовать балку Гадючкой]. Прорезая возвышенность над
плавнями [так называемый Казацкий вал], балка выводит к озеру
Подкручному. В верховьях балки и рядом по валу растут довольно кряжистые
дубы. Балка представляет собой бугристый неряшливый распадок,
посеченный крутыми тропками. Прямо от балки одна из троп через
тростниковые заросли ведет вглубь плавневых урочищ. Рядом с балкой
расположено южное хортицкое кладбище, которое байрачек огибает с
запада.
Владимир СУПРУНЕНКО, фото автора
